РАЗДЕЛЫ


ПАРТНЕРЫ






О. Мороз. «Хроника либеральной революции»

В интервью «Независимой газете» зампред ЦБ заявил, что не согласен с действиями своего начальника, в результате которых произошло очень сильное ослабление денежно-кредитной политики. «На мой взгляд, — сказал Игнатьев, — за последние два месяца, то есть после прихода на пост председателя ЦБ Виктора Владимировича Геращенко, были приняты два очень серьезных решения, которые будут иметь далеко идущие последствия в плане динамики роста денежной массы и уровня цен. Как мне представляется, оба эти решения были ошибочными».

Под ошибочными решениями Геращенко Сергей Игнатьев, естественно, подразумевал решение о проведении взаимозачетов и подписание соглашения с Нацбанком Украины. По поводу взаимозачетов Игнатьев привел уже известные аргументы, высказанные ранее другими оппонентами Геращенко:

«Пути проведения взаимозачетов, по которым пошел новый председатель Центробанка, очень сильно отличаются, и, на мой взгляд, в худшую сторону, от тех методов, которыми намеревался решить пресловутую проблему задолженности и неплатежей Матюхин... По схеме Матюхина проведение зачетов не должно было означать дополнительной денежной эмиссии... Проведение всей этой болезненной процедуры было очень важно, так как необходимо было изменить стереотипы поведения госпредприятий, привыкших к старой административной системе хозяйствования... Как они себя привыкли вести? Мое дело произвести продукцию, а пользуется она спросом или нет, — это не мое дело, обеспечить платеж — это дело или правительства, или Центрального банка, или кого-нибудь еще... В рыночной экономике предприятие-производитель обязано интересоваться, платежеспособен ли покупатель. Тот же зачет, который пошел после назначения Виктора Геращенко, он совершенно иной... Он проходит по традиционной советской форме — платежи осуществляются за счет автоматического кредита Центрального банка... Иначе говоря, произойдет очень сильный выброс денег...».

По оценке Игнатьева, сумма ожидаемого выброса денег должна составить от 500 миллиардов до триллиона рублей. Это грозит не только подскоком инфляции... «Не менее важна психология, — сказал Игнатьев, — зачет уже прошел, создан прецедент. Раз ЦБ и правительство решились на зачет, значит, подобные акции возможны и в будущем, а предприятия могут не изменять свое безответственное финансовое поведение...».

Игнатьев выразил недоумение по поводу довольно вялой реакции правительства на этот демарш Геращенко: оно «немного посопротивлялось» и фактически уступило...

Зампред Центробанка однозначно предсказал, что при такой схеме взаимозачета проблема неплатежей, недостатка оборотных средств «вновь воспроизведется», но уже при новых, более высоких темпах инфляции.

Так оно, естественно, и случилось.

Что касается второго решения — соглашения Центробанка России с Нацбанком Украины, заключенного на прошлой неделе, — ошибочность этого шага, по словам Игнатьева, состоит в следующем. После распада Союза и ликвидации Государственного банка СССР стало очевидно, что кредитную и денежную эмиссию в рублевой зоне — а в ней, естественно, остались все бывшие союзные республики — необходимо как-то контролировать. Центральный банк России совместно с банками других республик с 1 января стал применять систему учета безналичных платежей между республиками. Делалось это, в первую очередь, с целью предотвратить бесконтрольный поток безналичной денежной массы из республик в Россию. Однако система контроля оказалась не очень надежной. В мае — июне вывоз продукции из России, не компенсированный встречными поставками, приблизился к шести — восьми процентам всего валового национального продукта России...

Игнатьев:

«Уже тогда ситуация была очень серьезная — мы чувствовали, что денежная масса выходит из-под контроля. Ситуация усугубилась, когда мы узнали, что на Украине был принят ряд решений по резкому увеличению кредитной эмиссии. Стало ясно, что эти деньги — где-то в пределах 500—700 миллиардов — вот-вот ринутся в Россию».

Тогда и была разослана уже упомянутая телеграмма Центробанка с призывом к российским предприятиям сдерживать поставки на Украину. (Напомню, что в ту пору пост председателя ЦБ занимал Георгий Матюхин.) Эта телеграмма была жестом отчаяния. Затем 21 июня вышел указ президента, уполномочивший Центральный банк перевести систему межгосударственных расчетов на принципы, обеспечивающие защиту денежной системы Российской Федерации. И на основании этого политического решения ЦБ России предложил другим банкам перестроить систему расчетов. С 1 июля она была построена таким образом, чтобы исключить автоматическое кредитование поставок.

«Эта система была не идеальной, — признал Игнатьев, — но она заработала. Россия как бы поставила барьер на пути неконтролируемого перетока безналичных денег из других республик. Кроме того, мы договорились, что для того чтобы, так сказать, «смазать» механизм, мы в случае необходимости будем предоставлять другим республикам кредиты на поставки. Было заключено и соглашение с Украиной на 15 миллиардов рублей. Однако Киев быстро исчерпал этот кредит и стал требовать новых. В письмах украинского руководства назывались суммы в 100—300 миллиардов. Как вы понимаете, это очень большие цифры. А на прошлой неделе Центробанк России подписал соглашение с Национальным банком Украины. Суть его заключается в том, что до 1 декабря всякие ограничения на техническое кредитование — ясно, что на кредитование Украины Россией — вообще снимаются, то есть речь уже идет не о трехстах миллиардах, а как получится... Теперь эти самые «безналичные купоны», изготовленные Национальным банком Украины в огромном количестве, хлынут в Россию и превратятся в безналичные российские рубли. А навстречу пойдут ничем не обеспеченные российские товары».

Тут надо добавить, что 5 сентября Геращенко отменил рекомендацию Матюхина, адресованную российским предприятиям, ограничить поставку товаров на Украину.

У всякого, кто прочел в «Независимой» это интервью Игнатьева, естественно возникал вопрос: чего же он раньше-то молчал, почему загодя не обсудил со своим шефом все эти вопросы, не изложил ему свои возражения непосредственно при личной встрече? Видимо, предвидя такое недоумение, Игнатьев разъяснил: по крайней мере в том, что касается российско-украинского межбанковского договора, у него не было возможности заранее все обсудить с Геращенко. Обо всем происходящем он узнал уже после заключения этого договора. В результате он оказался в сложном положении: с одной стороны, публично критиковать собственное руководство в самом деле «не очень красиво», с другой — он, Игнатьев, как зампред Центробанка курирует Главное экономическое управление, отвечающее за кредитную политику, а потому не имеет права молчать...

«Я понимаю, что и правительство, и Центральный банк сталкиваются с очень сильным политическим давлением, с лоббированием, но всему же есть предел. Хватит уступок — мы обязаны осуществлять нормальную денежно-кредитную политику», — так закончил свое интервью Сергей Игнатьев.

...Естественно, вскоре ему пришлось расстаться с работой в Центробанке.

Лишь спустя девять с лишним лет — в марте 2002 года — Сергей Игнатьев вернулся в это учреждение, сменив «Геракла» (таково было прозвище Геращенко) на посту его председателя.

Впрочем, точности ради надо сказать, Геращенко возглавлял Центробанк не все эти годы: время его правления — 1992-й — 1994-й и 1998-й — 2002-й.

Геращенко гнет свое

25 сентября Геращенко дал интервью телевидению Санкт-Петербурга, в котором, среди прочего, вновь обвинил правительство в «скособоченном уклоне на монетарные методы управления без глубокого понимания и анализа состояния промышленности и понимания, что может дать материальное производство».

Параллельно с этим он отметил, что в правительстве, кажется, «происходят разумные перемены», связанные с появлением таких людей, как Шумейко, Хижа, Черномырдин. По мнению Геращенко, это не какие-то промышленные лоббисты, как утверждают некоторые, — «прежде всего это специалисты-профессионалы, и любое правительство выигрывает от определенной смешанной дозы людей-прагматиков и людей-теоретиков».

Здесь Геращенко, кажется, впервые открыто признал, на кого именно в правительстве он собирается опираться.

4 ноября Верховный Совет утвердил «Геракла» в должности председателя Центробанка. Как бы в ответ на это, держа речь на сессии, глава ЦБ сделал реверанс в сторону парламента, заявив, что он принципиально выступает за то, чтобы Центробанк, оставаясь самостоятельным, тем не менее был подотчетен лишь Верховному Совету. По словам Геращенко, переподчинение ЦБ правительству «означало бы шаг назад». Он в очередной раз повторил, что, по его мнению, увлечение нынешнего кабинета министров жесткой монетарной политикой спровоцировало спад производства, рост дефицита бюджета, способствовало возникновению кризиса взаимных неплатежей.

В свою очередь, Хасбулатов в ходе обсуждения кандидатуры Геращенко, так сказать, одобрительно похлопал его по плечу за «оперативное» проведение зачета долговых обязательств предприятий, в связи с чем «временно» была снята проблема неплатежей.

То, что это в самом деле лишь временный эффект, вскоре стало ясно всем.

Два дня спустя, 6 ноября, Геращенко в очередной раз заявил, что правительство и Центральный банк «должны подумать о смягчении кредитно-денежной политики». Новый (уже утвержденный) глава Центробанка предупредил, что, если кабинет сохранит свою приверженность жесткому курсу в финансовой сфере, 1993 год «не обещает быть легче нынешнего».

Председатель ЦБ становится «министром»

В попытке нейтрализовать разрушительную деятельность Геращенко Ельцин 17 ноября предпринимает неординарный шаг — издает указ о назначении председателя ЦБ членом правительства. При этом, правда, заверяет, что такой шаг вовсе не означает подчинения Центробанка правительству (по статусу он независим, лишь подотчетен Верховному Совету): дескать, назначение Геращенко продиктовано одной только заботой о том, чтобы глава ЦБ работал в более тесном контакте с членами кабинета.

Было, однако, ясно, что оппозиция не оставит этот шаг без ответа. И в самом деле, уже через несколько дней Хасбулатов сообщил, что в Верховном Совете подготовлено письмо председателю ЦБ с рекомендацией выйти из состава правительства.

Позднее, чтобы закрепить назначение Геращенко членом правительства, Ельцин предложил принять соответствующую поправку к Конституции. Однако VII съезд отверг это предложение.

Неплатежи воспроизводятся вновь и вновь

Завершая в начале декабря затеянный в июле взаимозачет, руководство ЦБ объявило эту акцию успешной. Однако реальная картина была вовсе не столь благостной. 9 декабря, беседуя с журналистами в кулуарах VII съезда, Геращенко признался, что объем взаимных неплатежей предприятий в ноябре вновь возрос до трех триллионов рублей. Правда, при этом он отказался ответить, будет ли повторена акция по урегулированию неплатежей.

Открытым текстом он сказал об этом с трибуны съезда 12 декабря: да, решение о взаимозачетах, видимо, придется повторить, поскольку на 1 ноября взаимные неплатежи не только достигли, но и превысили три триллиона рублей.

Как и предупреждали противники геращенковской акции, взаимозачеты оказались бездонной бочкой. Осознав, что, сколько бы они ни тратили, их траты будут возмещены из государственного кармана, директора продолжали свою прежнюю политику взвинчивания цен на собственную продукцию и, соответственно, наращивания чужих и своих долгов.

«Налицо отступление от курса реформ»

Первые признаки, что Геращенко начинает осознавать пагубность ничем не сдерживаемого роста денежной массы, появились в ноябре. 26-го числа на сессии ВС он сообщил депутатам, что в целях ограничения инфляции Центробанк предполагает в 1993 году ежеквартально устанавливать «целевые ориентиры» роста денежной массы, которые будут утверждаться парламентом. По его словам, ежемесячный прирост этой массы следует устанавливать в пределах пяти — шести процентов, хотя на практике в первом квартале 1993 года такая цель будет труднодостижима. Если говорить о реальных возможностях, он считает необходимым удержать рост денежной массы в январе — марте хотя бы на уровне 19—20 процентов. Геращенко сказал также, что в 1993 году Центробанк предполагает отказаться от массированных кредитных вливаний в экономику.

Гайдар:

«Когда стало ясно, что реакцией экономики на денежную экспансию стал не подъем производства, а резкое падение курса национальной валюты и ускорение роста цен, эмиссионный энтузиазм Виктора Владимировича пошел на убыль... Но и впоследствии было очевидно, что внутренне Геращенко не верит в эффективность контроля над инфляцией с использованием денежных регуляторов. Проводить же стабилизационную политику с руководителем главного банка страны, который не приемлет самую суть этой политики, — занятие на редкость малопродуктивное».

В самом деле, к осени специалисты, анализировавшие политику правительства, точнее, политику, скажем так, финансовых властей — правительства и Центробанка — в 1992 году, уже определенно разделяли ее на два этапа. Так, по словам правительственного эксперта Андрея Илларионова, на первом этапе, в течение января — мая, проводилась «четкая и жесткая кредитная политика, которая привела к временной финансовой стабилизации». Однако в июне было допущено отступление от этой политики. А в июле — августе в результате «эффекта Геращенко» — увеличения объема дотаций предприятиям — произошло резкое возрастание темпов инфляции. Как следствие, в августе дефицит бюджета достиг 32 процентов от его расходной части и продолжал увеличиваться. Возросла угроза гиперинфляции. В целом экономическая ситуация сделалась очень неустойчивой. Короче говоря, произошло явное отступление от намеченного правительством курса реформ, прежде всего от курса на достижение финансово-экономической стабилизации.

Гайдар считает, что фактический саботаж, длительный и упорный, осуществлявшийся председателем ЦБ в отношении экономических реформ и приведший к тяжелым последствиям, не был саботажем умышленным, осознанной политикой в пользу оппозиции. Еще раз напомню его аттестацию Геращенко:

<<   [1] ... [17] [18] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] ...  [98]  >> 

РЕКЛАМА


РЕКОМЕНДУЕМ
 

Российские реформы в цифрах и фактах

С.Меньшиков
- статьи по экономике России

Монитор реформы науки -
совместный проект Scientific.ru и Researcher-at.ru



 

Главная | Статьи западных экономистов | Статьи отечественных экономистов | Обращения к правительствам РФ | Джозеф Стиглиц | Отчет Счетной палаты о приватизации | Зарубежный опыт
Природная рента | Статьи в СМИ | Разное | Гостевая | Почта | Ссылки | Наши баннеры | Шутки
    Яндекс.Метрика

Copyright © RusRef 2002-2017. Копирование материалов сайта запрещено