РАЗДЕЛЫ


ПАРТНЕРЫ






О. Мороз. «Хроника либеральной революции»

— Больше нет ни мэров, ни пэров, ни херов!

В эти победные для Белого дома часы на его сторону, кроме двух рот Софринской бригады внутренних войск (150 человек), перешли 200 военнослужащих дивизии Дзержинского с тремя БТРами. На этот раз речь перед воинами, построившимися под балконом Белого дома, держал «министр безопасности» Баранников. Произошло это около пяти вечера.

Боевики во главе с Макашовым отправились на грузовиках и автобусах штурмовать следующий намеченный «президентом» объект — телецентр «Останкино».

Тот, кто включал телевизор 3 октября где-то после трех-четырех, был поражен: на экране толпа избивает милиционеров, омоновцев, солдат, которые выглядят, как жалкие котята, куда-то мчатся грузовики с красными флагами, наполненные возбужденными людьми. Ну, прямо «Ленин в Октябре», поднявшийся на битву революционный пролетариат. Было полное ощущение, что власть пала, Москвой правят вооруженные мятежники.

В шесть вечера в Белом доме продолжил свою работу Съезд. Выступая на нем, Хасбулатов торжественно провозгласил, что закончился первый этап борьбы с «организаторами переворота» и наступил решительный перелом. Спикер сообщил, что его сторонники взяли «Останкино», и вновь поставил задачу, уже ранее выдвинутую им, — сегодня же захватить Кремль. Теперь уже сомнений не оставалось: во главе вооруженного мятежа стоят все те же Хасбулатов и Руцкой. По крайней мере они приняли на себя руководство «стихийным народным восстанием».

Депутаты встретили слова своего шефа аплодисментами, криками «Ура!». Это была минута высшего торжества мятежников.

Она продолжалась недолго: уже в половине седьмого «Эхо Москвы» опровергло сообщения о захвате телецентра.

Внутренние войска покидают столицу

После избиения милиционеров и солдат на Садовом кольце и возле Белого дома командующий внутренними восками Анатолий Куликов принимает решение вывести свои безоружные, «потрепанные», по его словам, подразделения в места их постоянной дислокации, вооружить их, посадить «на броню» и вернуть в город уже в боеспособном состоянии.

(Не правда ли, это вообще какая-то фантастика, непонятно, как такое могло случиться: главная вооруженная опора власти — дивизия Дзержинского — в самый критический момент, в самой гуще событий, перед лицом разъяренного противника оказалась оснащенной только шлемами, щитами и резиновыми палками.)

Выясняется, однако, что и это неизбежное в той обстановке решение — об отводе войск — выполнить не так-то просто: непосредственный начальник Куликова министр внутренних дел Виктор Ерин категорически против. В конфликт с нормальной человеческой логикой здесь вступила логика чиновника: а что на это скажет президент? Он ведь за такие дела по головке не погладит. Вслух, конечно, произносится другое: «Ты что? Ты представляешь себе последствия? Бросить город на разграбление...». Напрасно Куликов настаивает, что с одними резиновыми палками и щитами его солдаты никого защитить не смогут, — министр непреклонен: нет, нет и нет!

Тогда Куликов прибегает к военной хитрости: он сообщает министру (разговор идет по спецсвязи), будто решение об отводе войск принято Военным советом и он, командующий внутренними войсками, обязан его беспрекословно выполнить. На самом деле никакого такого решения Военного совета, во-первых, нет, а во-вторых, даже если бы оно и было, никакой Военный совет, согласно положению, министру не указ. Однако на Ерина слова о решении Военного совета почему-то производят магическое воздействие. То ли он плохо знает положение о Военном совете, то ли еще какая причина... Министр сдается... Основные силы дивизии Дзержинского уходят к себе в подмосковную Балашиху. Что ж, бывает и ложь во спасение.

На тех, кто видел тогда колонны военных автомашин, ползущих по шоссе Энтузиастов в сторону области, и понимал, что происходит, это, как несколько позже погасшие экраны телевизоров, производило тягостное впечатление: мятеж в самом разгаре, на улицах города бесчинствуют боевики, а солдаты — уходят...

Анатолий Куликов (в своих воспоминаниях):

«Когда войска, одетые в форму милиции, покидали Москву, у многих сложилось впечатление, что все рухнуло...»

Ельцина об этом «кутузовском» маневре так и не уведомили.

Роковая ошибка генерала Макашова

В этот момент один из главных полководцев Белого дома генерал Макашов, по-видимому, совершил свою основную стратегическую ошибку, предопределившую исход всего вооруженного конфликта тех дней. Начавшийся вывод Дивизии особого назначения в Балашиху предоставлял ему уникальную возможность быстро решить все в свою пользу. Дело в том, что на прикрытие этого вывода отвлеклось, как уже было сказано, единственное в ту пору вооруженное подразделение внутренних войск, находившееся в городе, — отряд спецназа «Витязь» (он сопровождал безоружных солдат до шоссе Энтузиастов). Если бы Макашов воспользовался этим моментом и проскочил в Останкино раньше, чем там появился «Витязь», он мог бы взять телецентр, как говорится, голыми руками. И на этом история российских реформ скорее всего была бы закончена.

К счастью, однако, белодомовский военачальник не уловил этого почти стопроцентно выигрышного для себя момента, упустил время. Со всеми вытекающими отсюда последствиями...

Вообще-то, в Белом доме, конечно, зафиксировали уход дивизии Дзержинского. В аналитической записке, найденной на столе у Хасбулатова после окончания событий, отмечалось: «по имеющимся данным», «после некоторых колебаний» (даже и о «колебаниях» им уже было известно) дивизию возвратили «в зону постоянной дислокации», в результате чего реальный силовой потенциал Ельцина, и без того не слишком большой, был еще более ослаблен. По мнению безвестных аналитиков, единственно на кого мог теперь опереться «бывший президент», — это на Кремлевский полк (Президентским в Белом доме, его, естественно, никто не называл), московский ОМОН, Службу безопасности президента.

На самом деле дивизия Дзержинского вскорости вернулась. На этот раз ее солдаты были экипированы уже более серьезно, нежели одними только резиновыми дубинками и щитами.

Штурм телецентра

Проводив безоружных сослуживцев, «Витязь» успел-таки вернуться в район главных событий. Он встретил колонну Макашова, направлявшуюся в Останкино, уже на Садовом кольце возле планетария. Однако препятствовать продвижению колонны не стал. На небольшой скорости БТРы и грузовики с солдатами двинулись в том же направлении, что и колонна. По одной из версий, у командира «Витязя» полковника Сергея Лысюка было намерение проследить, куда мятежники направятся с Триумфальной площади, — в тоннель и дальше по Садовому или же свернут направо на Тверскую в сторону Кремля. В принципе, учитывая приказы Руцкого и Хасбулатова, макашовцы могли пойти и туда, и туда. Они проехали прямо, и «Витязь» последовал за ними.

По другой версии, Лысюк медлил, раздумывая, — попытаться ли сразу остановить макашовцев или пропустить их в Останкино, вел по этому поводу радиопереговоры с начальством. Куликов, естественно, был категорически против того, чтобы затевать бой в самом центре города, посреди толп ничего не подозревающих прохожих.

На пересечении Садового кольца с улицей Чехова дзержинцы стали обгонять колонну, направляясь в сторону Останкина. К телецентру 130 автоматчиков «Витязя» на грузовиках и десять БТРов прибыли на пятнадцать минут раньше белодомовцев — примерно в 17—30.

Возле телецентра начался митинг сторонников ВС.

По сведениям «Эха Москвы», к половине седьмого вокруг «Останкина» собралось большое число людей с красными флагами. Основное их вооружение — железные прутья, канистры с бензином и пустые бутылки для приготовления «коктейля Молотова». По свидетельству очевидцев, многие из них пьяны. Впрочем, каждая из сторон постоянно обвиняла другую в злоупотреблении «допингом». Сюда же подходят три БТРа также под красными флагами и группа людей, вооруженных автоматами, — по-видимому, те самые перебежчики.

Положение оборонявшихся усугублялось еще и тем, что из центра города в сторону Останкина на подмогу макашовцам катилась огромная — по некоторым оценкам, двухсоттысячная — толпа их сторонников. Для ускорения дела между толпой и телецентром совершали челночные рейсы «трофейные» грузовики и автобусы, перебрасывавшие к месту решающих действий все новые и новые группы «демонстрантов».

Поначалу макашовцы нацелились на главный корпус телецентра — АСК-1. Однако в какой-то момент некий доброхот-телережиссер объяснил им, что главное здание не представляет для них никакой ценности: там располагаются лишь администрация да три-четыре десятка студий; реально все передачи идут из здания техцентра АСК-3, расположенного через улицу напротив АСК-1; техцентр охраняют лишь несколько милиционеров, готовых перейти на сторону парламента. С этого момента все внимание макашовцев переключилось на АСК-3.

В действительности, помимо штатной милицейской охраны, в здании к этому моменту уже находились более тридцати бойцов «Витязя». Макашов через мегафон обратился к ним с требованием сложить оружие и покинуть здание. Поскольку никакой реакции не последовало, наружные стеклянные двери техцентра протаранили грузовиком. Было пять минут восьмого...

После этот таран бесчисленное число раз показывали по телевизору. Грохот, звон разбитого, осыпающегося стекла... Кругом агрессивная, ликующая толпа... Эти кадры — одно из главных документальных свидетельств того, что в действительности происходило в Останкине... С какими такими «мирными намерениями» прибыли сюда сторонники Хасбулатова и Руцкого...

В проделанный проем к закрытым внутренним дверям снова вошел Макашов с мегафоном и повторил свое требование к обороняющимся. Предоставил им на размышление три минуты. Предупредил, что, если спецназовцы посмеют сделать хоть один выстрел, по ним будет открыт огонь из гранатомета. Ответа вновь не последовало. Тогда несколько человек во главе с Макашовым через разбитое окно рядом с подъездом проникли внутрь здания... На этот раз, однако, блицкриг, случившийся в мэрии, не повторился: увидев, направленный на них автомат одного из солдат «Витязя», генерал и его свита быстро ретировались.

После этого защитники телецентра открыли огонь. В толпу возле входа был брошен взрывпакет со спецсредством «Заря»...

В 19—26 (по другим данным — в 19—35) диктор первого канала объявил: в связи с тем, что боевики проникли в здание телецентра, телевидение прекращает вещание. Были «вырублены» все каналы, кроме второго.

Председатель телекомпании «Останкино», Вячеслав Брагин:

— Когда начался штурм, мы отключили эфир, чтобы не дать возможность Макашову и прочей этой швали выйти в эфир. Мы сразу погасили наш экран, а в это время работали, переводили его на Шаболовку.

Специалисты, однако, утверждают, что отключить эфир можно было бы даже в том случае, если бы здание АСК-3, подвергшееся штурму, было захвачено боевиками. Так что с отключением можно было не торопиться. То, что телеэкран — особенно экран первого канала, вещающего почти на всю страну, — был погашен, оказало огромное угнетающее воздействие на людей. Все решили: да, дела действительно плохи.

Совершенно непонятно, почему силовые структуры, в частности МБ, не сумели спрогнозировать нападение мятежников на такие объекты, как «Останкино» и, тем паче, на расположенную по соседству с Белым домом мэрию. Спрогнозировать и заранее обеспечить соответствующую их охрану. Такой вопрос непосредственно после событий, 6 октября, задал корреспондент ОРТ Сергею Степашину, в то время заместителю министра безопасности. Ответ был довольно невразумительный. Степашин стал уверять, что и МБ, и МВД все это прогнозировали, что они передавали соответствующую информацию в правительство и президентские структуры. Но...

— До последнего часа, — стал оправдываться Степашин, — честно вам скажу, мне не верилось, что они пойдут, — ну, не они, а Макашов и его банда, которая сделала заложниками народных депутатов, — пойдут на такие кровавые события.

Вот так. «Мне не верилось...»

В критический час

О настроениях того момента можно судить по выступлениям ряда известных деятелей по радио «Эхо Москвы» (20 часов 20 минут).

Анатолий Шабад:

— Сейчас положение, по-видимому, более критическое, чем когда-либо. Мы действительно стоим перед угрозой возвращения коммунистической диктатуры в ее самом чудовищном, зверском виде. По улицам идет погром. Толпы хулиганов вместе с вооруженными людьми штурмуют мэрию... Огромное количество людей штурмует «Останкино». Пока спокойно в районе Кремля. Раньше мы призвали идти в Кремль. По-видимому, этого делать не надо. Президент просил этого не делать. Кремль защищен надежно, всем, кто хочет защитить демократию, надо сейчас идти на защиту Моссовета.

Отец Глеб Якунин:

— Дорогие братья и сестры, сейчас крайне сложная ситуация. Конечно, и мэрия, и правительство наделали массу ошибок, это, безусловно, так. Но они показали, что не хотят крови. Они проявили невероятную слабость ради того, чтобы кровь не лилась. Мы видим, со стороны красно-коричневых все иначе. Они стремятся пролить кровь. Конечно, исторический процесс необратим, демократия победит. Народ вкусил свободы, и если им удастся прийти к власти, они не смогут ее удержать, ибо народ не за них. Нам всем надо сейчас объединиться. Кто за свободу, за демократию, за воскрешение и процветание России, пусть приходят и к Кремлю, хотя Кремль надежно защищен. Борис Николаевич там, мы его видели, мы с ним разговаривали. Приходите и на Красную площадь, к Васильевскому спуску. И очень важно, чтобы вы пришли к Моссовету, поддержать те силы, которые его защищают. Божье вам благословение. Приходите и выразите поддержку Борису Николаевичу Ельцину и правительству, которое ждет вашей поддержки.

Егор Гайдар:

— Я никогда не любил говорить громких слов. Но бывают дни, когда от их исхода зависит судьба страны на десятилетия. И вот, если сегодня мы пропустим к власти тех, кто к ней рвется, если сегодня из осторожности, трусости, нежелания ввязываться дадим им в руки рычаги управления, то они способны на десятилетия покрыть нашу страну кровавым коричневым занавесом. Сегодня судьба нашей страны, нашей свободы в наших руках. Дорогие москвичи, я прошу вас помочь сегодня, я прошу вас прийти на защиту свободы, я прошу вас собраться у Моссовета, чтобы дать отпор тем силам, за которыми кровь, страх, тюрьмы и расстрел... Правительство России пытается сейчас восстановить порядок в Москве, ввести необходимые имеющиеся воинские ресурсы. Сейчас идет бой у «Останкина». Наши противники действуют умело, решительно, слаженно. Очень много зависит от того, сумеем ли мы противопоставить им не дряблость, а решительность. Сейчас заседает коллегия Министерства обороны. МВД предпринимает усилия, направленные на то, чтобы стабилизировать положение. Но очень многое зависит сегодня и просто от поддержки общества и граждан.

<<   [1] ... [85] [86] [87] [88] [89] [90] [91] [92] [93] [94] [95] [96] ...  [98]  >> 

РЕКЛАМА


РЕКОМЕНДУЕМ
 

Российские реформы в цифрах и фактах

С.Меньшиков
- статьи по экономике России

Монитор реформы науки -
совместный проект Scientific.ru и Researcher-at.ru



 

Главная | Статьи западных экономистов | Статьи отечественных экономистов | Обращения к правительствам РФ | Джозеф Стиглиц | Отчет Счетной палаты о приватизации | Зарубежный опыт
Природная рента | Статьи в СМИ | Разное | Гостевая | Почта | Ссылки | Наши баннеры | Шутки
    Яндекс.Метрика

Copyright © RusRef 2002-2017. Копирование материалов сайта запрещено