РАЗДЕЛЫ


ПАРТНЕРЫ






Л.М. Млечин. «Горбачев и Ельцин. Революция, реформы и контрреволюция»

А в каких условиях люди привыкли жить? В небольших городах и поселках — осыпающиеся фасады, замусоренные улицы, разбитые оконные стекла, вросшие в землю, никогда не ремонтировавшиеся древние деревянные дома и здания, разрушенные, как после артиллерийского обстрела в 1918 году. В некоторых городах люди жили даже без водопровода — как и в Гражданскую войну, каждый день ходили с ведром к уличной колонке. Дети вырастали среди этой разрухи и неустроенности, полагая, что весь мир так же тосклив и неуютен. Можно ли быть счастливым в таком убогом окружении, не видя перспективы? И так ли уж стоит ценить безрадостную жизнь? Какой волей, целеустремленностью, настойчивостью надо обладать, чтобы вырваться из этого окружения!

Бутылка — непременная часть этой депрессивной картины. И чуть ли не единственный доступный транквилизатор, получаемый без врача и без рецепта. Вечером где-нибудь в центре городка или поселка собиралась молодежь. Глаза разбегались — сколько красивых девушек! А юные кавалеры все как один навеселе.

Чем дешевле выпивка, тем доступнее. Качество не имеет значения. Глотали скверное пойло. А уж бесплатно доставшийся технический спирт кому-то и вовсе казался манной небесной — пока санитары не увозили похолодевшее тело в морг. Почему копеечная выпивка или вовсе бесплатная (то есть где-то украденная спиртосодержащая жидкость) вызывала восторг? Люди жили скудно. На хорошую выпивку, как и на еду хорошего качества, жалко отдавать кровные. Не привыкли роскошествовать.

Но разве можно не знать, как часто травятся всякой гадостью? А мы же не приучены заботиться о себе! Забота о здоровье и долголетии всегда была привилегией высшего сословия, у начальства для этого и возможности, и деньги, и желание. Остальных учили обходиться малым, демонстративно пренебрежительно относиться к собственным нуждам и потребностям, а при необходимости и жертвовать собой. Если юноша погибал, спасая колхозную технику, то считали, что так и должно поступать. Комбайн дороже колхозника. Когда в нашей стране ценили человеческую жизнь?..

Конечно, неприхотливость, привычка обходиться малым, терпеливо переносить лишения — эти чудесные качества спасали народ в самые трудные годы, прежде всего в войну. Способность терпеть, не замечать боль связана и с умением не замечать чужие страдания. В советские годы в нашей стране сложилась система, при которой человека не жалко. Но это и система, при которой человеку и себя самого не жалко. Разве не заметно распространенное в нашем обществе неосознанное безразличие к собственной судьбе; оно рождено политическим устройством, в котором от тебя ничего не зависело и не зависит.

А при таком безразличии к собственному будущему исчезает ответственность. За себя и за других. Поднимая стакан с какой-то гадостью, не думали о том, каково придется вдове с детьми… Вот оборотная сторона навязываемой обществу неприхотливости — безответственность. В том числе по отношению к семье и детям.

Вот еще к разговору о китайском пути, о китайском опыте, о китайской модели. Все возмущенно повторяют: почему не последовали примеру Китая? А разве мы на это способны? Самое острое впечатление от первой поездки в Китай — разговор с моим ровесником, колхозным бригадиром в далекой от Пекина провинции. Он показывал свой новый дом, рассказывал, с чего начинал. Я спросил:

— И что же ты купил, когда появились первые свободные деньги?

Ответ я знал заранее. Существовал универсальный список покупок, которые в ту пору делали хорошо зарабатывавшие китайские семьи: стиральная машина — цветной телевизор — видеокамера — японский холодильник…

— Я купил бульдозер, — ответил он.

Мой ровесник вкалывал восемь часов за баранкой колхозного грузовика, а потом пересаживался в жесткое кресло бульдозериста и работал еще восемь часов на себя.

— Молодой был, сил много, — вспоминал он. — С удовольствием работал. Зато семью стал хорошо кормить. А как еще заработать деньги?

Китаец не забывает, что его род ведет свою историю из седой древности в далекое будущее. Он видит перед собой этот неприметный холмик земли на семейном поле, под которым ему суждено покоиться, и твердо знает, что его сыновья, его внуки и правнуки и впредь будут возделывать эту землю.

В московских вузах полно китайских студентов. Все они учатся за свой счет; их родители тяжким трудом скопили немалые деньги, чтобы дочери и сыновья получили высшее образование, в том числе за границей. Многие ли в нашей стране готовы на китайский манер вкалывать в две смены — без выходных, без отпуска, чтобы обеспечить будущее детей? У нас чаще поступают иначе. Дети вырастут сами — пусть государство позаботится. Не привычнее ли собраться вечерком с друзьями, вволю поругать неудавшуюся жизнь и бездарное начальство, прийти к очевидному выводу, что на свете нет ни правды, ни справедливости, да и распить за здоровье детей бутылочку чего-нибудь покрепче и подешевле. Если повезет, это окажется не технический спирт…

История с антиалкогольной кампанией вошла в нашу память как поражение, как полный провал. И ставится в вину Горбачеву. Это не совсем так.

На какое-то время в стране действительно стали меньше пить. И благодаря этому живыми остались, по разным подсчетам, около миллиона человек. Невозможно вычеркнуть из памяти, что благодаря этому люди перестали умирать, стали рожать детей, здоровых, нормальных. Как можно назвать неуспешной такую кампанию? Кто способен предложить иной метод увеличить наше население на миллион, когда демографическая ситуация в стране стала ухудшаться с шестидесятых годов XX столетия?

В семидесятые и начале восьмидесятых годов, когда разрушалась экономика, по существу, алкоголь стал главным средством наполнения бюджета. В городе нечем платить зарплату, завозят водку, продают рабочим, они платят деньги, и вот деньги на зарплату. Такой круговорот алкоголя и денег в природе…

«Наша экономика, — вспоминал председатель Госплана Николай Байбаков, — в последнее время напоминала “тришкин кафтан”: чтобы залатать дыру в одном месте, надо было отрывать кусочек в другом. Неприкасаемыми остались только огромные расходы на оборону. В плане на 1985 год водка занимала 24 процента товарооборота».

Снижение потребления алкоголя привело к заметным результатам. На 36 процентов сократилась смертность от убийств и от несчастных случаев среди мужчин. На 56 процентов — смертность от алкогольных отравлений, на 40 процентов — смертность от пневмонии.

Считается, что из-за антиалкогольной кампании люди перешли на суррогаты и стали больше умирать. Статистика опровергает это утверждение. От всех алкоголе— и спиртосодержащих жидкостей в стране в 1984 году умерло двадцать семь тысяч человек. На следующий год начинается антиалкогольная кампания. Казалось бы, больше стали пить всякую гадость, одеколон, и людей умрет больше. Ничего подобного — умерли пятнадцать тысяч, то есть на двенадцать тысяч меньше. В 1986 году эта цифра еще меньше… То есть и пить стали меньше, и меньше погибло тяжелых алкоголиков, больных, зависимых людей, которые глотают все, что могут достать. Таковы реальные результаты антиалкогольной кампании.

<<   [1] ... [18] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29] ...  [115]  >> 

РЕКЛАМА


РЕКОМЕНДУЕМ
 

Российские реформы в цифрах и фактах

С.Меньшиков
- статьи по экономике России

Монитор реформы науки -
совместный проект Scientific.ru и Researcher-at.ru



 

Главная | Статьи западных экономистов | Статьи отечественных экономистов | Обращения к правительствам РФ | Джозеф Стиглиц | Отчет Счетной палаты о приватизации | Зарубежный опыт
Природная рента | Статьи в СМИ | Разное | Гостевая | Почта | Ссылки | Наши баннеры | Шутки
    Яндекс.Метрика

Copyright © RusRef 2002-2017. Копирование материалов сайта запрещено