РАЗДЕЛЫ


ПАРТНЕРЫ






ПРИДЕТ ЛИ РОССИЯ К РЫНОЧНОЙ ЭКОНОМИКЕ?

И. Самсон,

Университет Пьера Мендеса Франса, Гренобль (Франция)

Экономическая трансформация постсоциалистической России, инициированная командой Гайдара и Чубайса, идет высокими темпа­ми. Начатая в 1992 г. широкомасштабная либерализация экономики была в основном закончена к 1995 г. Макроэкономическая стабилиза­ция потребовала более длительного времени, но тем не менее в 1996 г. годовой уровень инфляции (22%) приблизился к показателям Польши (19%) и Венгрии (20%) 1 . Обменный курс рубля почти стабилизиро­вался в рамках наклонного "валютного коридора". Программа массо­вой приватизации позволила приватизировать 70% бывших государ­ственных предприятий. Поданным официальной статистики, в 1997 г, кажется, наконец наметился возврат к экономическому росту (1%).

Главные проблемы системной трансформации в России

Однако политическая нестабильность, несмотря на благоприят­ные экономические результаты, обусловливает весьма посредственные системные показатели, и отражаемая ими слабость системы может застопорить экономическую машину или даже повернуть вспять тен­денции роста. В процессе перехода в России наблюдалось значитель­ное ослабление центральной и усиление региональных властей, эксп­луатирующих нечеткие формулировки Конституции РФ по вопросу распределения полномочий между Федерацией и ее субъектами. Этот фактор сужает и территориальные масштабы либерализации. Так, если в 1995-1996 гг. в регионах, возглавляемых реформаторами (например, в Нижнем Новгороде, С.-Петербурге или Самаре), были приняты законы о приватизации земли, рынках недвижимости и банкротствах, то в консервативных регионах (Тула, Ульяновск, Воронеж) воздвига­лись препятствия для межрегионального обмена, контролировались цены, вводились дополнительные региональные налоги, что тормози­ло движение потоков капитала и рабочей силы.

Экономической стабильности угрожают и неблагоприятные яв­ления в денежной сфере. Взаимная задолженность предприятий чрез­вычайно быстро достигла громадных размеров: если в течение полу­года после начала либерализации экономики в Польше она реально

увеличилась на 36%, в Чехословакии - на 50, то в России - на 750% 2 . Нарастает задолженность в области уплаты налогов в бюджет. Уси­лия, предпринятые государством для увеличения налоговых поступ­лений, обусловили рост других задолженностей, например, поставщи­кам. Параллельно с 1994 г. широкое распространение в российской экономике получили взаимозачеты и бартер.

Эти проблемы усугубляются слабостью российской банковской системы, до сих пор функционирующей на основе преимущественно спекулятивной логики. Многие банки сформировались в период ин­фляции и накопили капиталы, спекулируя на курсе рубля. После стабилизации, достигнутой в 1995 г. благодаря "валютному коридо­ру", спекулятивные операции переместились на рынок ГКО, став­ший чрезвычайно выгодным объектом вложения капитала. Переме­щение собственных средств предприятий и средств обслуживающих их банков на рынок ГКО также обусловило дальнейший рост их задолженности. При этом бюджетный дефицит в 1996 г. достиг 8% ВВП, 4,3% которых - обслуживание ГКО 3 . Кроме того, российское правительство использует инструменты заимствования на междуна­родных рынках, муниципалитеты и регионы также начали выпуск ценных бумаг типа ГКО. Такой способ финансирования подобен гро­мадной финансовой "пирамиде", где эмиссия новых ценных бумаг позволяет выплачивать долги по предыдущим.

Рынки капиталов еще не сложились и не способны привлекать инвесторов, дисциплинировать менеджеров, финансировать домашние хозяйства (приобретение жилья, пенсионное обеспечение) и способ­ствовать формированию новых предприятий. В целом в 1991-1995 гг. рынок ценных бумаг стран Восточной Европы привлек всего 1 млрд. долл., что является эквивалентом чистых поступлений американских взаимно-сберегательных фондов за один день! 4 . По данным Всемир­ного банка, чтобы быть сравнимой с показателями стран, выходящих сегодня на мировой рынок, капитализация российского рынка ценных бумаг должна в ближайшие 20 лет достичь 1000 млрд. долл., то есть увеличиться в 35 раз. К тому же объем прямых иностранных инвес­тиций, направленных в российскую экономику в 1989-1996 гг., был равен 6 млрд. долл. - в семь раз меньше, чем в Китае только за 1996 г. Несовершенство российской налоговой системы осложняет ситуацию с бюджетом, так как налоговые ставки завышены, сложны и произ­вольны. Лишь 17% предприятий платят налоги полностью и регуляр­но; налоговые поступления составляют только 9% от ВВП.

Российская массовая приватизация, начатая с целью ликвидации старой экономической власти и ускорения реструктуризации пред­приятий, не дала желаемых результатов. Примерно на половине при­ватизированных предприятий большая часть акций была передана их работникам, что не позволяет говорить о реальных результатах при­ватизации. В 1995 г. 12% всех работников промышленных предприя­тий продолжали трудиться на объектах социальной сферы, что свиде-

тельствует о нечувствительности приватизированных предприятий к требованиям рационализации.

Другим следствием массовой приватизации является чрезвычай­ная концентрация собственности промышленных предприятий. Этот феномен обычен для процесса массовой приватизации, но в России он принял особо крупные размеры. В результате трансформации старых министерств и относящихся к ним ведомственных банков возникла мощнейшая финансовая олигархия.

В марте 1995 г., когда у государства не хватало денег для выпла­ты заработной платы работникам бюджетных отраслей - накануне выборов в Думу - "сливки" самых прибыльных секторов промыш­ленности были уступлены крупным банкам под лозунгами привати­зации в обмен на частичное финансирование российского государ­ственного бюджета в размере 1,7 млрд. долл.

Итак, назрела необходимость переоценки результатов прива­тизации. По мнению Дж. Стиглица, хотя рынки ценных бумаг и капиталов - действенный инструмент накопления капиталов и раз­деления рисков, но в условиях переходной экономики очень труд­но обеспечить стабильное функционирование финансовых рынков без злоупотреблений. Кроме того, "проведение приватизации без создания условий для конкуренции порождает группы интересов -они уже имеются сегодня, - которые пытаются воспрепятство­вать любой конкуренции и помешать развитию конкурентной ры­ночной экономики. Возможно, было ошибкой отдавать приоритет вопросу о собственности, недооценивая все, что связано с конку­ренцией" 5 . Собственность - это институт, который не меняется ни одним декретом, ни одномоментно. Если в экономике попытаться слишком поспешно повсюду насаждать частную собственность че­рез массовую приватизацию, то она быстро сконцентрируется там, где есть экономическая власть 6 .

Созвучно этому выводу и заключение Европейского банка ре­конструкции и развития, содержащееся в Докладе по переходным экономическим системам за 1997 г. 7 Требуется новый переходный этап, чтобы устранить от управления бывших коммунистических ру­ководителей, держащих под контролем бывшие государственные пред­приятия; нужно найти новые формы корпоративного управления ( corporate governance ), которые позволили бы акционерам увольнять некомпетентных и коррумпированных руководителей. Вердикт Евро­пейского банка реконструкции и развития суров: программа прива­тизации не смогла обеспечить экономический рост и стабильность через улучшение экономических показателей предприятий, поэтому необходимо срочно создать новые законы и рыночные институты, стимулирующие конкуренцию и подавляющие коррупцию.

5 Transition, World Bank, December, 1997.

6 Samson I. La stabilisation dc la transition dans les economies post socialistcs: seminaire PROMETEE, Buenos Aires 1994

Что такое рыночная экономика?

Если рассматривать политику переходного периода как сочетание классической макроэкономической политики и политики структурных преобразований, направленных на формирование рыночной экономики, то следует признать, что вторая является новой и неисследованной, не изучены и способы их сочетания. Ряд связанных с проведением переходной эконо­мической политики вопросов остается непроясненным. Прежде всего это касается тезиса, что разрыв со старой системой автоматически ведет к распространению рынка на новых пространствах, "расчищенных" рефор­мами. Так, подобного подхода придерживается А. Ослунд, в 1995 г. обосно­вавший вывод о том, что российская экономика уже стала рыночной:

-   государство стало демократическим благодаря конституции и разделению ветвей власти;

- государственная собственность ликвидирована в 1994 г., более половины рабочих мест перешло в частный сектор;

- бюрократическая координация исчезает, распределение ресурсов деполитизируется и осуществляется на основе рыночных принципов;

-   экономика становится монетарной;

- дотации сведены на нет, ужесточены бюджетные ограничения 8 . Эта оценка содержит ошибки двоякого рода. Ошибки первого

рода легко заметны: они обусловлены излишним оптимизмом. В 1998 г. никто больше не согласится с тем, что распределение ресурсов полно­стью отделено от политической власти и регулируется рынком, что экономика монетизирована или что приватизация предприятий поло­жила конец прежнему образу действий директоров.

Ошибки второго рода более серьезны, так как они базируются на определенных теоретических концепциях. В представленном набо­ре аргументов правильно выявлены точки отхода от прежней команд­ной экономики, которые делают невозможным возврат к старой эко­номической системе. Главной заслугой шоковой терапии стало то, что она позволила российской экономике перейти точку невозврата и открыла путь иным способам регулирования макроэкономических процессов, отличным от бюрократической координации. Но вопрос состоит в том, что иные способы координации не обязательно явля­ются рыночными. Рынок не скрыт под иерархическими властными структурами, подобно песку, выступающему из-под морской воды во время отлива. Во всяком случае, это справедливо для России.

Разрешение данного вопроса может идти по многим направлениям. Так, продуктивным следует считать анализ трансакционных издержек в российской экономике, который позволяет "уловить" отдельные аспекты реальной действительности: компромисс между явными и скрытыми издержками, инфляционный потенциал трансакционных издержек и раз­брос цен 9 . Проблема возникает, когда существование трансакционных издержек становится основанием несовершенства рынков. Всеобщность

8 Aslund A. Hnw Russia Became a Market Economy, Brookings 1995.

этих издержек рискует тогда стать другой формой всеобщности рынка, в то время как именно всеобщее распространение рынка и есть цель российских реформ. Необходимо по крайней мере выявить связь между несовершенством рынков и становлением рынка.

А. Улюкаев, член команды Гайдара, пытается охарактеризовать переходный период в России с системной точки зрения 10 . Можно ре­зюмировать его исследование следующим образом.

1. Реформы заложили "основы развития капитализма в России". Первым условием этого является "формирование системы, отличной от адинистративно-командной (то есть рыночной, капиталистической в первом приближении)". Второе условие - либерализация, пусть не­полная, цен, внутренней и внешней торговли, относительная стабили­зация бюджетной и налоговой сфер и конвертируемость рубля.

Экономика и общество быстро "приспособились" к новой прото-рыночной экономической системе: неплатежи, непогашенные долги в контексте инфляции, рестриктивная денежная политика свидетельству­ют об этом. Но тем не менее к концу 1993 г. Россия стала "страной с товарной экономикой, действующей по общим законам рыночной эко­номики" (а именно с активным влиянием денежных переменных на товарную сферу), "страной с капиталистической рыночной экономи­кой, хотя и еще недостаточно развитой".

2. Учитывая, что политический и экономический режим, установ­ленный в России, без сомнения, является капиталистическим и что Рос­сия переживает вторую попытку развития капитализма после периода 1861-1917 гг., А. Улюкаев ставит вопрос: "Какой капитал функциониру­ет в российской экономике?" Российский капитал весьма специфичен и существует в двух видах: "конкурентного капитала, способного функ­ционировать без государственного протекционизма и бюрократической опеки, ориентированного на открытость экономики и свободную рыноч­ную конкуренцию, и неконкурентного капитала, который, сливаясь с государственной бюрократией, живет за счет государственного протек­ционизма и особых привилегий и преимуществ различного характера". Первый соответствует поведению, ориентированному на получение при­были ( profit - seeking ), и интересам экономического развития, тогда как в основе второго лежит рентоориентированное поведение ( rent - seeking ), приводящее к разграблению ресурсов, которые могли бы использовать­ся в целях развития. К сожалению, в России с 1993 г. господствует не­конкурентный капитал, придающий российскому капитализму характер "монополистического бюрократического капитализма, где политическая и экономическая власть не разделены". Но, как утверждает А. Улюкаев, "будущая политическая, экономическая и финансовая стабилизация, про­должение и углубление реформ усилят конкурентные тенденции", и переход к экономическому развитию потребует "широкомасштабных институциональных реформ", направленных на "достижение реальной автономии экономической власти по отношению к власти политичес-

кой, значительное сокращение государственного вмешательства в экономи­ку..., развитие конкуренции и конкурентного капитала, ориентирование экономических субъектов на получение прибыли, а не ренты".

Но здесь возникает много вопросов концептуального характера. Если исходить из идентичности товарной и рыночной экономики -утверждение, с которым мы не можем согласиться, - понятие капита­лизма оказывается нечетко определенным. Капитализм, как кажется, приходит на смену плановой экономике, но он не идентичен рыночной экономике, хотя бы из-за своей двойственности, которая входит в проти­воречие с единством рынка. Но если "капитализм" характеризуется господством рентных отношений, отсутствием конкуренции и взаимовли­янием власти и экономики, что тогда остается от рыночной экономики?

Либерализация, безусловно, превратила иерархические отноше­ния присвоения в децентрализованные коммерческие операции с без­наличными денежными расчетами. Но значительная часть этих отно­шений между предприятиями основывалась на бартере, и они к нему вернулись как к своему естественному состоянию. Трудно объяснить практику бартера и неплатежей адаптацией к зарождающемуся рын­ку, как предлагает А. Улюкаев. Здесь, скорее, просматривается попытка уйти от новых правил игры. И если инфляция заменила дефицит, что, безусловно, свидетельствует о системном, фундаментальном и необра­тимом разрыве с прошлым, остается доказать, что распределение ре­сурсов осуществляется по рыночным законам и ценам.

Стабилизация денежной системы сама по себе не породила ожида­емого поведения: краткосрочные спекуляции до сих пор преоблада­ют над инвестициями, а утечка капиталов продолжается. Здесь многое обусловлено отрицательными результатами приватизации, и их оценка требует разграничения частных и приватизированных предприятий. Последние очень часто, особенно в России, приватизировались в соот­ветствии с паразитической логикой получения краткосрочных выгод, вне логики развития производства в целях получения прибыли. Пра­ва собственности плохо определены и плохо охраняются, в связи с чем многие предприятия, находящиеся в руках инсайдеров, сопротив­ляются изменениям. Значит, ни либерализация экономики, ни стаби­лизация, ни приватизация, которыми она сопровождалась, не смогли привести Россию к рыночной экономике. Как же быть в этом случае?

Историко-институциональный подход к рынку

Попробуем сформировать теоретическую базу анализа поставленных вопросов исходя из исследований, проводимых в университете Гренобля в русле трудов Б. Бийодо по "исторической и институциональной" макро­экономике". Его работы посвящены разработке общей теории институци­ональных форм современных обществ и основываются на концепции

" Billaudot R    I'orrlrnernnomiauc dc la societe modornp   T.'HnrmnH-.in    Pnri« iQQfi-

французской школы регулирования (Р. Буайе, М. Аглиетта), освобож­денной от ее постмарксистских черт, и концепции английского социоло­га Э. Гидденса. Остановимся вкратце на основных выводах Б. Бийодо.

1.   Современное общество - это общество особого рода, где осно­вополагающая неполнота личности 12 восполняется тремя института­ми: деньгами, гражданством и именем. Общество этого рода суще­ствует в различных видах (характеризующихся соответствующими разновидностями институтов), например: социалистический тип госу­дарства, рыночно-капиталистический с использованием наемного тру­да и другие, только сейчас возникающие или еще не существующие.

2.   Социализация стремится решить проблемы неполноты челове­ческой личности, развертываясь в трех присущих ей. регистрах, характери­зуемых как экономический, политический и семейный 13 . Эти регистры не являются отдельными областями общественной жизни, так как лю­бая деятельность определяется всеми тремя регистрами одновременно. Экономика вообще - это регистр социализации экономической природы. Деятельность организуется в социальном пространстве в соответствии с различным порядком. При этом порядок - это не регистр. Он определен институционально и базируется на основополагающем социальном от­ношении, получая оформление за счет существования других социальных отношений, вытекающих из этого последнего". В современном обществе социальные отношения, являющиеся основополагающими для экономи­ческого, политического и семейного порядков - это соответственно деньги, гражданство и имя. "Деятельность экономического порядка - это та, которая строится в соответствии с денежными поступлениями" 15 . Имен­но за счет денег экономический порядок получает свою автономию.

3. Люди не имеют никакой априорной поведенческой базы, если не считать поведения, заключающегося в следовании правилам. Социализа­ция, вытекающая из неполноты личности, ставит проблемы неопределенно­сти, снимаемые путем установления связей или социальных отношений, в рамках которых развертывается любая общественная деятельность. "Социальное отношение создает одно или несколько различных мест в социальной системе, и их существование оформляется через систему правил" 16 . Социальное отношение (например, отношение наемного труда)

12 Двойственность желания того, что имеет другой (подражать/отличаться); двойственность структуры человеческого "я" (использование своей свободы/отказ от свободы воли); двойственность человеческого существования, тот факт, что неиз­бежность смерти даст ощущение жизни (быть/иметь).

13   Первый касается   "взаимоотношений людей по поводу производства, обращения и использования объектов, полученных от природы благодаря их тру­ду". Два других относятся к взаимоотношениям по поводу "определения границ и обороны территории, занимаемой социальной группой", и "по поводу демографи­ческого воспроизводства населения". Billaudot B / Une approchc institutionnaliste en terme dc regulation de I ' economie de marche salariale a impulsion capitaliste ; IRPD working paper , mars 1997.

14 Billaudot B. La regulation economiquc.

15 Billaudot B. Enjcux ct implications d'un reexamcn des fondements de la theorie de la regulation, IRPD working paper, juillet 1997. 0.6.

предшествует тем микросоциальным отношениям , которые непосредствен ­ но в нем устанавливаются ( например , конкретное отношение наемного труда между конкретным работником и конкретным работодателем ).

4. В современном обществе имеется два типа социальных отношений. Простые отношения создают одно место в социальной системе и определя­ют равноправные отношения между деньгами, гражданством и именем. Например, всеобщим основополагающим соглашением денежного отно­шения является следующее: "Каждый согласен на выплату в денежной форме того, что кто-то другой ему должен"^ 7 . Сложные социально-экономические отношения (установленные при наличии денег) создают два места в социальной системе: предприятие/семья - в коммерческом отношении, работодатель/наемный работник - в отношении наемного труда и эмитент/держатель ценных бумаг - в финансовом отношении. Они состоят из одного принципа и пары составляющих, одна из кото­рых - властная составляющая, а другая - составляющая распределения.

5.   Деньги логически и исторически предшествуют рынку. Это значит, что рынок не является базовым способом координации рациональных субъектов 18 , создающим экономическую сферу. Якобы его катализатором впоследствии становятся деньги, позволяющие пре­одолеть бартер. Но какую проблему решают деньги? Проблему обра­щения, обмена. Денежное соглашение разделяет продавца и покупа­теля. Деньги не определяют стоимость обмениваемого товара. Следо­вательно, необходима соответствующая организация денежной систе­мы, чтобы сформировать доверие к их покупательной способности: в современном обществе деньги базируются именно на гражданстве, их опорой является государство. Поэтому деньги привязаны к опреде­ленной территории, как система исчисления они носят национальный характер. При этом, когда мы встречаем соглашение между государ­ствами такого же типа, как между продавцом и покупателем, в каче­стве соглашения мы получаем мировые деньги.

6.   Рынок не следует смешивать ни с рынком товаров и услуг, ни с местом, где действуют определенные механизмы, как в стандартной эконо­мике. Монетарная экономика не является рыночной по своей природе, так как имеются социально-экономические отношения, которые восходят не к рынку, а к коллективному действию. В единственном числе рынок -это соглашение, отличающееся от денежного соглашения. Рыночное со­глашение "для главных участников денежного отношения (коммерчес­кого, наемного труда и финансового) заключается в соотнесении цены вещи, на которую направлена их сделка, с ценами, принятыми в других отношениях по поводу вещей того же типа, с целью ее установить" 19 .

7.    Отношение наемного труда - это установление отношений между работодателями и наемными работниками. Соглашение наем­ного труда заключается в отделении работника от продукта его труда.

''Billaudot В . La regulation economique.

18 Даже если попытаться в дальнейшем объяснить существование других эко-

В обмен на произведенный продукт работодатель оплачивает труд работника в соответствии с его квалификацией.

Составляющая власти - или отношение наемного труда в узком смысле - закрепляет за каждым человеком квалификацию, признаваемую любым работодателем, обеспечивая для него возможность стать наемным работником. Составляющая распределения, напротив, организует конку­ренцию между работодателями и осуществляет распределение людей, которые могут быть приняты на работу, по рабочим местам, ею определяе­мым. При капитализме составляющая отношения наемного труда яв­ляется рыночной, это рынок труда (или, скорее, рынок рабочих мест). Этому соответствуют следующие правила: "для любого наемного работ­ника - выбрать работодателя, который предлагает наибольшую оплату за тот же труд", а для работодателей - "не допускать снижения заработной платы ниже уровня, установившегося на рынке труда, чтобы найти работ­ников на имеющиеся рабочие места или сохранить уже работающих" 20 .

8.   Коммерческое отношение (отношение потребления) устанав­ливается между семьями и предприятиями. Традиционным условием для семейного хозяйства является продажа излишков в целях покуп­ки того, чего оно не производит. "Современное коммерческое согла­шение разделяет предприятие и семью, так как оно заключается в том, что покупки делаются на доходы, получаемые членами семьи от вне-семейной профессиональной деятельности" 21 , впрочем, необязательно носящей характер наемного труда.

За счет составляющей власти семьи отчуждают у предприятий возмож­ность производить то, что хотят сами предприятия. Это соглашение определя­ет номенклатуру продуктов, которые семьи хотят потреблять, и необходимые промежуточные продукты. Для предприятий оно решает проблему продажи того, что соответствует платежеспособному спросу семей. Вторая составляю­щая решает проблему, у какого предприятия и по какой цене семья будет покупать эти продукты, и затем проблему взаимоотношений между предпри­ятиями, восходящую к системе производства. Рыночное соглашение может управлять решением этой проблемы, которое будет в этом случае называть­ся рынком товаров и услуг, функционирующим по следующим правилам: для предприятия - акцентировать внимание на том, что продукт, кото­рый оно предлагает, соответствует норме, и устанавливать иену на него, по крайней мере равную рыночной, если оно хочет найти и сохранить клиентов, а для клиента - покупать у предприятия, которое предлагает продукт, представляющий наилучшее соотношение качества и иены.

9.    Финансовое отношение основывается на разделении между промышленной сферой, играющей ведущую роль, и обществом, которое берет в долг у финансовой сферы. На индивидуальном предприятии все эти три составляющие объединены. Современное финансовое согла­шение преодолевает традиционную форму - зарабатывать деньги с по­мощью денег, "разделяя владение деньгами и право распоряжаться ими" 22 . Это стало возможным благодаря котирующимся на рынке цен-

20 Billaudot В . La regulation economique.

21 Ibid .

22 Ibid .

ным бумагам, выпускаемым тем, кто вступает во владение деньгами (предприятие или государство в рамках государственного долга) и держателем которых становится финансирующая сторона. Эта ценная бумага означает право распоряжаться деньгами, так как ее оценка про­изводится при каждом ее переходе из рук в руки, но она не означает ни деньги, ни кредит. В социальной сфере финансовое соглашение со­здает места эмитента и держателя. Его составляющая власти опреде­ляет номенклатуру ценных бумаг, финансовых продуктов, пользующихся спросом у держателей ценных бумаг. Составляющая распределения организует условия выбора заинтересованным лицом той ценной бума­ги, держателем которой оно будет являться. Вместе с рыночным согла­шением финансовое соглашение становится финансовым рынком.

                       Будущее российской экономики

Данная концепция вносит практический вклад в объяснение про­цесса системной трансформации и формирует инструменты систем­ного анализа промежуточной ситуации, в которой находится Россия. Следование подобному подходу позволяет сделать вывод: это ни плановая социалистическая экономика, ни "рыночная экономика". Социалистическая экономика была квазисовременной в том аспекте, что в ней были развиты институты гражданства и имени. Денежное соглашение, которое состоит в оценке товара или услуги в деньгах, а Затем в принятии оплаты в денежной форме, было ведущим в отношениях между государством и семьями (заработная плата, по­требление), но основывалось на ценовом диктате. Оно не выполняло полностью своих функций в отношениях внутри государства между "предприятиями": отношения государственного распределения ре­сурсов и плановое снабжение и сбыт продукции едва ли могут быть приравнены к обмену с оплатой в денежной форме. И тем бо­лее это касается нелегальных отношений двустороннего и многосто­роннего бартера между предприятиями. Отсюда весьма относитель­ная автономность экономической сферы.

Переходный период "ремонетизировал" экономику с точки зре­ния расширения действия денежного соглашения, но не в том смысле, в каком это обычно понимается. Демонтаж плановой экономики по­зволил ввести денежное соглашение в отношения между предприя­тиями с указанными выше ограничениями. Но либерализация цен и конец дефицита означают лишь переход от товарной экономики с управляемыми ценами к товарной экономике со свободными цена­ми. Вернемся к выводу Б. Бийодо, что монетарная экономика сама по себе еще не является рыночной. Перемены осуществляются в значи­тельной степени как раз на основе расхождения между этими двумя соглашениями. Определение уровня развития рынка в России требу­ет анализа трех отношений: наемного труда, коммерческого и финан­сового, чтобы оценить, в какой степени составляющая распределения следует за рыночным соглашением, в соответствии с которым "про­дукт, предлагаемый предприятием, равен по стоимости другому, предлагаемому к продаже другим предприятием, если эти два продукта имеют одинаковые потребительские характеристики" 23 .

В отношении наемного труда все проще, и рынок рабочих мест кажется достаточно развитым, каковым, впрочем, он и был ранее. Суще­ствует, правда, определенная неполнота, представленная "практикой закрепления кадров", с помощью которой российские предприятия стараются привязать к себе путем оплаты натурой часть персонала 2/| . Часто наблюдающаяся тенденция оплаты натурой или невыплаты зарплаты представляет более серьезную опасность, так как она ослабляет не рынок рабочих мест, но само отношение наемного труда, затраги­вая один из базовых принципов промышлешго развитой экономики.

Более проблематичным является развитие рыночного соглашения в коммерческом отношении, которое действует между семьями и предпри­ятиями и, далее, между самими предприятиями. Его первая ступень, семей­ные предприятия, кажется, однако, вполне рыночной, при том, что сегмен­тация рынка все-таки ограничивает действие рыночного соглашения и рынка. Отношения же между предприятиями, как было показано выше, имеют мало общего с рынком, так как они слабо монетизированы, а там, где денежные отношения играют большую роль, значителен разброс цен.

Финансовое отношение - это то отношение, где российский ры­нок наименее развит, идет ли речь о ценных бумагах, дающих право собственности, или о ценных бумагах типа облигаций государственного займа. Финансовое отношение гипертрофировано до такой степени, что оно господствует над всей российской экономикой, в то время как рыночное соглашение практически не действует. Условия распреде­ления ценных бумаг, следовательно, не являются четко определенны­ми и могут вызвать недовольство заинтересованных держателей

Итак, Россия сегодня имеет монетарную экономику с наемным трудом, правда, с некоторыми ограничениями. Она пока не управляется рыночным соглашением, то есть еще не является рыночной экономикой. При наличии финансового отношения без финансового рынка и плохо установленных и плохо контролируемых прав собственности едва ли можно квалифицировать ее как экономику с капиталистическим началом, даже монополистическим. Напротив, можно отметить, что это экономика с финансовой олигархией, осуществляющая отчасти первичное накопле­ние капитала (формулировка, очень популярная в сегодняшней России).

Следовательно, главная проблема для России - развитие рыноч­ной экономики на базе монетарной экономики с наемным трудом и финансовой олигархией, то есть приведение в действие рыночного соглашения. Тенденция к разбросу цен как раз и свидетельствует об отсутствии единого рынка. Эта трудность установления рыночного соглашения и служит одним из проявлений российской специфики или, в более общем плане, тем, что отделяет постсоветский "первый мир" от "второго мира" 25 Центральной Европы.

23 Billaudot В . La regulation economique.

24 Amarillo H. Un chomage "reprime": la transformation des politiques d'cmploi dcs entreprises industriclles en Russie (1992-1994), These de doctorat, LEST-CNRS, Aix en Provence, 1997.

25 Samson I. Transition et regulation, note pour un programme de recherche, GTD working paper, UPMF Grenoble, dec. 1997.

Основные очаги сопротивления рынку находятся в России за пределами производственной системы, вдали от давления конечного платежеспособного спроса. Напротив, они близки к власти как к цент­ральной, так и региональной.

Чего же не хватает России, чтобы перейти к рынку? Прежде всего -правовой регуляции, которая не выступает в России частью исторического наследства. Право определяет отношения между равными - правила игры, одинаковые для всех и являющиеся предпосылками установления ры­ночного соглашения. Это именно то, что обычно называют конкуренцией. Напротив, российская вертикальная организация способствует тому, что­бы систематически избегать этого правила. Установка на получение рен­ты - это российская традиция. Выторговывание послаблений, особых-преимуществ было характерно уже для дореволюционной России. Это было свойственно и коммунистическому периоду с его "административным рынком", где осуществлялся торг по поводу бюджетных ресурсов пред­приятий. Все это справедливо и для сегодняшнего переходного периода.

Каково возможное будущее российской экономики?

Первый путь состоит в следовании традиционной схеме, согласно которой модернизация российского общества осуществляется "сверху", государством или правящей верхушкой. Это как раз путь, выбранный российскими реформаторами, но "завязший" в олигархических интере­сах и рентоориентированной логике. Условием реализации такого сцена­рия является усиление центральной государственной власти, которое мо­жет быть достигнуто только путем эволюции в сторону авторитарности.

Второй сценарий ведет к формированию слабого государства и победе финансовой олигархии. Это катастрофический сценарий с экономическим застоем и огромной социальной дифференциацией за счет перераспре­деления ренты, что наблюдалось в Латинской Америке, Азии или даже в Африке. Вполне возможно вмешательство армии для обеспечения со­циального мира. Способна ли в таком случае финансовая олигархия изменить свое поведение и стать основным субъектом модернизации страны, борясь с установками на получение ренты? Подобное возможно лишь при угрозе наступления политических изменений, опасных для олигархии, которая решит тогда объединить силы реформаторов, чтобы выжить, и революционизировать общество, чтобы предотвратить угрозу.

Может быть, Россию спасет третий сценарий, к сожалению мало­вероятный. Это - демократический вариант, требующий прихода к власти новых людей, способных предложить план развития, который найдет отклик у населения. Основным условием является "освобож­дение" бюджета от финансовой олигархии. Сценарий был бы в дан­ном случае близким к польскому: инициатива мелких предпринима­телей постепенно изменила бы соглашения и правила игры, действую­щие в экономике, которые затем распространяется на крупные прива­тизированные предприятия, враждебно относящиеся к изменениям. Можно поручиться, что при таком сценарии впервые в своей исто­рии российское общество может модернизироваться "снизу".

Перевод с французского С. Малахова



РЕКЛАМА


РЕКОМЕНДУЕМ
 

Российские реформы в цифрах и фактах

С.Меньшиков
- статьи по экономике России

Монитор реформы науки -
совместный проект Scientific.ru и Researcher-at.ru



 

Главная | Статьи западных экономистов | Статьи отечественных экономистов | Обращения к правительствам РФ | Джозеф Стиглиц | Отчет Счетной палаты о приватизации | Зарубежный опыт
Природная рента | Статьи в СМИ | Разное | Гостевая | Почта | Ссылки | Наши баннеры | Шутки
    Яндекс.Метрика

Copyright © RusRef 2002-2017. Копирование материалов сайта запрещено